Колба времени. Безумное расследование Холмса. 32 -33 главы.

Предыдущие главы ...

32.

- Отлично, идемте.

Едва поезд остановился, Холмс проворно спрыгнул на платформу, бережно прижимая к себе футляр со скрипкой, и быстро зашагал к зданию вокзала, ловко лавируя в толпе пассажиров и грудах багажа. На площади перед вокзалом Холмсу приглянулась открытая коляска. Холмс бодро запрыгнул в нее и распорядился ехать в харчевню «Золтан».  Несмотря на то, что осмотр Белграда Холмс предлагал оставить до другого раза, Ватсон невольно глазел по сторонам. Похоже, город жил под сенью габсбургского классицизма, над улицами сурово нависали мощные серые здания со статуями. С огромным числом статуй.

- Так я и думал, - заметил Холмс. - За нами - хвост. И бьюсь об заклад - это дело рук моего братца.

- Майкрофт опасается за вашу жизнь, Холмс.

- Если бы! Он опасается, что я выведу из игры Мориарти и это не лучшим образом скажется на хитроумных тайных операциях нашей Короны в Палестине.

- Так нам придется еще сражаться и против вашего брата? - в сердцах воскликнул Ватсон. – Только этого еще не хватало.

- В семье не без размолвок. А какая у нас семья, доктор? Мы волки-одиночки.

Холмс саркастически усмехнулся, но ничего больше не добавил.

- Скадарска – это богемная часть Белграда, - заметил сыщик, когда коляска повернула на булыжную улицу, по обеим ее сторонам выстроились таверны, возле них стояли бегонии в ящиках, виднелись уличные музыканты.

Коляска остановилась возле одноэтажного строения за плетеной изгородью. Холмс быстро рассчитался с возницей и повлек доктора внутрь.

- Полагаю, вы не страшно голодны.

- Потерплю.

- Вот и отлично.

Холмс протащил Ватсона через харчевню, так что доктор успел только втянуть ноздрями будоражащий аромат жареного мяса, и вывел доктора в узкий коридор.

- Так сюда.

Задняя дверь вывела англичан во внутренний двор. С невозмутимым видом  в нем прогуливался господин в котелке, помахивая тонкой тросточкой.

- Отлично! - воскликнул Холмс и сходу нанес господину резкий удар правой рукой в скулу.

Улыбка съехала с лица незнакомца, а сам он отлетел в сторону на добрых пару метров и рухнул на колени.

- Ах, Майкрофт, - прошептал Холмс. - Ты сама предусмотрительность. Давайте же, Ватсон, не мешкайте.

Холмс бросился бежать по переулку.

- Сюда!

За углом стояла подвода с сеном. Возница мирно дремал, склонив голову вперед.

- Ныряйте, Ватсон! - Холмс приподнял брезентовую подстилку и подтолкнул доктора под ворох сена.

Возница скосил глаза на двух человек, забирающихся в его подводу, а когда «гости» скрылись под сеном, выпрямился и взмахнул кнутом.

- Н-но, пошла!

Лошадка покорно зацокала копытами по булыжнику, с каждым шагом ускоряя ход. Экстравагантные поступки Холмса давно не вызывали у доктора приступов изумления, тем не менее, он глухо поинтересовался:

- Куда мы направляемся, Холмс?

- Скоро вы все сами узнаете, Ватсон. Устраивайтесь пока поудобнее. Жаль, нельзя закурить трубку и поиграть на скрипке.

Мерный стук копыт действовал усыпляюще, но Ватсон крепился, не позволяя векам сомкнуться. Поездка продолжалась, пожалуй, не меньше часа. Внезапно подвода перестала трястись, пару раз качнулась и замерла. Ватсон насторожился и приподнял голову.  Он лежал под сеном один. Холмс успел куда-то исчезнуть. Спрыгнул ли сыщик незаметно по пути?

Холмс умел превращаться в призрака и растворяться в воздухе. В чем сейчас состояла уловка Холмса? Что он задумал? Доктор осторожно высунул голову из-под сена. Подвода стояла внутри небольшого квадратного двора, окруженного со всех сторон серыми каменными стенами. Впрочем, кое-где в них виднелись небольшие  окна. Во дворе не было ни души. Возница куда-то удалился.

Что это означало? Лежать в сене и ждать Холмса? Или что-то предпринять? Но что? Холмс не отставил подсказки. Как следует поколебавшись, Ватсон приподнялся и осторожно вылез из-под сена. Он сел на край подводы и обвел двор внимательным взглядом.

Ни души. У стены под навесом стояла простая деревянная лавка. На ней лежал хомут и рядом ведро. Но где-то же должны быть люди. Ватсон спрыгнул  с подводы, но снова заколебался. Кого ему искать? Может, лучше остаться там, где его оставил Холмс, и  … ждать. Ждать, когда что-то произойдет. Доктор колебался.

Между тем в дальнем конце двора скрипнула дверца, приоткрылась и во двор вбежал большой черный дог. Глаза его горели точно два красных фонаря, а пухлый как баклажан фиолетовый язык некрасиво вывалился изо рта, от языка псины валил густой пар. Ватсон оцепенел.

«Боже мой!» - тревожно застучало в висках доктора.

Пес нацелил на доктора залитые кровью глаза и зарычал. Ватсон мгновенно вскочил на подводу, все время не сводя с жуткой твари взгляда. Дог прыгнул вперед, пролетел, наверное, сразу несколько метров и скачками устремился к подводе. Ватсон судорожно подпрыгнул и повис на каменном карнизе под одним из окон. Слыша хриплое дыхание за спиной, доктор торопливо подтянулся и вскарабкался на карниз.

Доктор навалился на окно и к его удаче оконная рама поддалась и окно распахнулось. Ватсон ввалился в комнату. Быстро поднявшись на ноги, доктор увидел, что комната обставлена мебелью весьма скудно. Простая узкая кровать, застеленная шинелью, стул, тумбочка, да серебряное распятие на стене. Не смея выглянуть в окно, Ватсон рванулся к двери.

Дверь оказалась заперта. Ключ, где же ключ? Доктор оглянулся. Зловещая псина уже стояла на карнизе, с ее клыков капала пузырящаяся кровавая слюна. Язык болтался из стороны в сторону как ошпаренный маятник. Ватсон поспешно обшаривал карманы. Куда же запропастился этот проклятый ключ. Псина была так огромна, что почти заслонила собой свет, проникающий в комнату. Доктор вытащил из кармана сюртука черную свечу. А спички - где же спички?

Вот они. Дрожащими руками доктор извлек огонь, зажег свечу. Подержал ее перед собой в вытянутой руке. Дог рычал и готовился к прыжку. Бережно доктор поставил свечу на пол. Сердце стучало в груди словно ошалевший колокол. Да вот же он - ключ висел на гвоздике у косяка двери. Ватсон крепко схватил его, сунул в верхний замок. Промахнулся. Ключ неуклюже тыкнулся в дверь и выпал на пол.

- Черт побери, - прошипел доктор.

Пришлось опуститься на четвереньки и посветить свечой. Вот он! Доктор впился в ключ и вскочил на ноги. Буквально вонзил ключ в отверстие замка и резко повернул. Замок щелкнул. И в тот момент, когда зверь прыгнул с подоконника в комнату, доктор распахнул дверь …

33.

Доктор Фрейд стоял на крыльце института психиатрии и вальяжно наблюдал за подъезжающей белой  каретой. Карету украшала позолота, а тянули ее две поджарые белые лошади. Доктор Фрейд вставил в рот сигару и неспешно предался размышлениям о том, что такие холеные кони могли бы символизировать, окажись они в контексте сновидения. Рядом с братом скромно стояла Анна Фрейд. Дверцы кареты украшали витиеватые вензеля GM. Когда карета остановилась и дверца распахнулась, наружу пружинисто выпрыгнул профессор Мориарти.

- Добрый вечер, профессор Брайт, - приветствовал его Фрейд.

- Добрый вечер, герр доктор, - крупно улыбнулся Мориарти. – Gruss Gott.

- Добрый вечер, профессор, - скромно поздоровалась Анна.

- Для вас, сударыня, просто – Габриэль, - Мориарти лучезарил девушку улыбкой и взглядом. – Прошу, - профессор подал Анне руку.

Рука девушки легла в его ладонь и Мориарти склонился к ней с поцелуем.

- Enchante, - вымолвил Мориарти.

Анна невольно смутилась. Заняв место в карете, Мориарти наклонился к Фрейду и доверительно произнес:

- Я премного очарован вашей клиникой и вашими методами лечения. Со времен Адама и Евы – это второе великое познание человеком самого себя. А скажите, доктор, возможно ли внедрение в сознание людей новых сновидений? Сновидений, которые они не видели, но будут считать своими.

- Нет, невозможно, - покачал головой Фрейд. - Сновидения есть продукт индивидуального жизненного опыта. Они складываются по итогам реальных событий и переживаний. Переживания, многократно отражаемые в нашем сознании и наслаивающиеся друг на друга, создают эффект причудливого кривого зеркала. Но, чтобы зеркало дало отражение, оно должно получить осязаемый толчок – то есть увидеть прототип.

- Жаль. Как несовершенен человек. И как во многом его можно было бы исправить … если бы наука развивалась должным образом.

- Иерусалим не один день строился, - веско заметил Фрейд.

- Зато когда Соломон вызвал демонов, дворец ему построили очень даже быстро.

В Венской опере давали «Фауста». Люди Мориарти позаботились о том, чтобы три места в Гранд-ложе достались в этот вечер не какому-нибудь вельможе, а их патрону и его спутникам. Когда погас свет, Мориарти проговорил:

- Прошу меня извинить,  на несколько минут я покину вас.

Он одарил Анну обворожительной улыбкой и выскользнул из ложи.

- Отец, ты доверяешь этому человеку? – тихо спросила Анна.

- Профессор Брайт деловой человек. По всему видно, что у нее хорошая хватка и немалый опыт ведения дел. Мне как раз не хватало такого партнера. Я же ученый, а не предприниматель.

- В его глазах я замечаю демонический огонь, - призналась Анна.

- Блеск в глазах – довольно типичное явления для творческих и деятельных натур. Трактовать ли его как демонический, вопрос субъективного подхода к нашим первичным впечатлениям.

- Я бы не хотела знать его сны.

- Анна, дорогая, профессор Брайт не обращается к нам за помощью, а предлагает ее нам, - Фрейд машинально поправил сигару в кармане пиджака.

Мориарти тем временем быстро прошел по коридору позади ряда лож и без стука открыл дверь в ложу «А». На него сразу уставилось дуло пистолета.

- Ястреб, давайте без мелодраматизма, - усмехнулся Мориарти и вошел в ложу.

- Не факт, что вошедшим в мою ложу, оказались бы именно вы, - негромко проговорил Майкрофт Холмс.

Майкрофт, сидел у стены, почти полностью погруженный в темноту.

- Лис, перейдем сразу к делу, - холодно проговорил Холмс.

- Для того, мы и встретились, - ледяным тоном отозвался Мориарти.

- Во-первых, я настаиваю, чтобы вы дали Mon Sheri противоядие от той отравы, что вы ему ввели, - повелительно заявил Майкрофт.

- Увы, это невозможно. У меня его просто нет, - сладко развел руки Мориарти.

- Вы блефуете, professore.

- Отнюдь. Я не беру свои слова обратно и не поворачиваю время вспять. Что сделано, то сделано. Jacta est alea. Mon Sheri давно хотел сделать свой прощальный поклон, но герр Ватсон требовал от него все новых и новых похождений. Он настоящий литературный маньяк. Теперь же ваш брат, наконец, сможет уйти на долгожданный покой. Он его заслужил.

- Меня не устраивает такой ход событий. Позаботьтесь найти противоядие.

- Ястреб, как великий стратег вы должны по достоинству оценить ту виртуозную игру, что я предложил вашему брату. Эти дни он живет с накалом и страстью. Он гонится за мной по всей Европе, он ищет свою дочь и он … спорит со временем и самой Смертью.

- И еще он пытался лечиться у доктора Фрейда, - заметил Майкрофт. – А вы вырвали его из объятий медицины и заставили носиться по Европе. Какой фарс.

- Я просто предложил ему более интересную альтернативу для дней угасания. Фрейд не слишком хорошо умеет развлекать. Постный кошерный сарказм – это не для вашего брата.

- Не кощунствуйте, Лис. Я требую, чтобы вы оставили моего брата в покое. Пусть он вернется в клинику к доктору Фрейду. И скажите, зачем вам понадобилась клиника Фрейда? Разве вам мало проекта с доктором Монро?

- Манипуляция людьми – мое давнее увлечение. Эксперименты доктора Фрейда вызывают у меня неподдельный интерес. Как знать, может, однажды я сам стану его пациентом. Какой богатый и многогранный вклад в науку я смогу тогда внести.

- Многие ваши действия – просто неприкрытый фарс.

- Я люблю трюкачество, обожаю карнавалы. Я великий лицедей и антрепренер.

- Шш, люди слушают «Фауста». Давайте перейдем к делу. Когда чертежи и Санкт-Петербурга поступят ко мне? – холодно осведомился Майкрофт.

- Через две-три недели.

- Вы ожидаете какие-либо осложнения?

- Вряд ли. Вы не раз могли убедиться, что мои методы действенны.

- Бумаги должны быть здесь, в Вене, - потребовал Майкрофт. – По тому адресу, что я вам указал.

- Будут, - ухмыльнулся Мориарти. – А теперь, герр Холмс, не угодно ли вам будет опустить пистолет?

Не ровен час моему человеку надоест держать вас на прицеле и он выпустит из арбалета болт. Кому мне тогда прикажете продать чертежи русского танка? (*) Кайзеру Вильгельму? Такой расклад устроит Корону?

Продолжение следует …

Павел Баскаков