В России не нашли идеального способа оплаты вывоза мусора

Вопрос начисления платы за вывоз твердых коммунальных отходов в России остается одним из самых обсуждаемых среди собственников жилья. Сумма, которую граждане видят в своих квитанциях, формируется на основе регионального тарифа, установленного норматива накопления и выбранного способа расчета — по числу проживающих или по площади квартиры. Итоговая стоимость услуги для каждого жителя может существенно отличаться в зависимости от региона и муниципальных решений, что часто становится причиной недовольства и споров.

Многие россияне не понимают, почему в одних областях расчет ведется по квадратным метрам, а в других — по количеству жильцов. Одних не устраивает сам норматив, других — размер тарифа. В результате система выглядит запутанной и несправедливой для значительной части населения.

Однако, по информации Общественной службы новостей, заместитель председателя Комитета Госдумы по строительству и ЖКХ Светлана Разворотнева считает, что кардинальных изменений в существующем порядке не требуется. Она отмечает, что идеальной модели оплаты, полностью отражающей реальный объем отходов и затраты на их утилизацию, не существует ни в одной стране. В большинстве государств действует оплата по факту — за каждый контейнер или мешок, либо сбор осуществляется через налог на недвижимость. Российская система ближе ко второму варианту, хотя и имеет свои особенности.

В России основная масса граждан платит по нормативу, умноженному на тариф и количество жильцов или площадь. Примерно половина регионов выбрала расчет по метражу, что вызывает возмущение: люди считают, что мусор производят не квадратные метры, а сами жильцы. Но, как объясняет эксперт, отследить точное число проживающих в каждой квартире сложно, особенно в регионах с высокой миграцией. Поэтому крупные субъекты, такие как Москва и область, предпочли расчет по площади.

Особенностью российской системы стало появление региональных операторов, которые должны не только организовывать сбор и вывоз отходов, но и инвестировать в развитие инфраструктуры. На практике с первой задачей справиться удалось: благодаря обязательным договорам с регоператорами, количество несанкционированных свалок заметно сократилось. Однако инвестиционная составляющая реализуется далеко не везде — лишь в отдельных регионах тарифы включают расходы на новые полигоны и переработку.

Переход от прежней схемы, когда вывоз мусора обеспечивали муниципалитеты за счет платы за содержание общего имущества, к нынешней модели привел к удорожанию услуги. По сути, перевозчики остались прежними, но между ними и собственниками появилась прослойка в виде регионального оператора, содержание которого требует дополнительных средств. Возвращаться к старой системе или полностью переходить на оплату через налог на недвижимость — вопрос спорный. Сейчас у граждан есть возможность заключать договор с оператором и предъявлять претензии за некачественную услугу, обращаться в надзорные органы. Если бы вывоз отходов снова стал обязанностью муниципалитетов, специализированных организаций могло бы не остаться.

Действующая система позволяет собственникам оспаривать нормативы и тарифы. Каждый субъект федерации устанавливает их самостоятельно, и практика показывает, что через суды граждане действительно добиваются пересмотра этих показателей. Последний мониторинг профильного комитета Госдумы зафиксировал, что ФАС пересмотрел тарифы в ряде регионов.

Абсолютно справедливого способа оплаты за вывоз мусора, который бы точно отражал объем отходов и затраты, не существует. Любая система имеет свои недостатки. Введение единого тарифа для всех приведет к тому, что люди будут платить одинаково, несмотря на разный объем мусора. По мнению эксперта, оптимальной целью остается оплата по факту, но пока страна к этому не готова. Некоторые регионы уже экспериментируют с подобной схемой, и она может стимулировать сокращение отходов. Главное, по мнению специалистов, — не менять правила слишком часто, а довести выбранную модель до совершенства.