Музей истории города Волхова расположен на живописном левом берегу реки Волхов напротив Волховской гидроэлектростанции. Он был открыт в октябре 1969 г. в уникальном по своей архитектуре двухэтажном особняке Г. О. Графтио. В музее хранятся материалы о жизни Г. Графтио и истории края в ХХ в.: о строительстве станции "Званка", Волховской гидроэлектростанции (первенца плана ГОЭЛРО) и Волховского алюминиевого комбината (первенца алюминиевой промышленности), о развитии города в последние десятилетия.
Сотрудники музея вызывают чувства уважения. Всегда любезны, доброжелательны. Атмосфера в музее чудесная. Всегда приятно тут находиться. Веет каким-то необычайным душевным теплом.Для меня и моей семьи, расположение очень удачное. Мы живем совсем рядом, даже ехать не нужно.Музей истории нашего небольшого города. Дает полную картину происхождения и развития Волхова.
21 февраля 2019 г. 14:597
Посетить музей можно как самостоятельно, так и с экскурсоводом, но я советую походить там самому.
Оценка
Комментарии посетителей (2)
Алексей
27 марта 2019 г. 19:40
Мы живем на соседней улице, но в музее бываем крайне редко, к сожалению. В нем собрана огромная коллекция предметов быта, картин, различная военная амуниция.
Была здесь на экскурсии с детьми. Музей совсем небольшой. Но, дает общее представление о истории города. Деревянный дом с небольшими постройками. С виду сложно сказать, что это Дом музей! Спасибо вывеске! При входе нашу группу встретила довольно просторная прихожая. Мне сразу бросился в глаза уголок станции Званка со своим зеленым паровозиком. На стенах висят картины о дореволюционной жизни горожан. Далее был рабочий кабинет с камином. Много иллюстраций уделено открытию электростанции в городе, это было настоящее событие. Но, больше всего я удивилась, увидев настоящий автомобиль ГАЗ-11-73. Он сейчас не находу, но это же какой раритет!!!!! Далее, нам показали экспозицию прорыв Блокады. Стало немного не по себе. Тут же лежали настоящие шлемы, мины и другая военная амуниция. В целом без экскурсовода было бы тоже интересно. Но, лучше всего придти в этот музей с группой. Я послушала рассказ о городе и его событиях с большим удовольствием.
Прошедшие события, Музей Графтио, Музей Волхова, Волховский музей
Официальная группа Вконтакте
Музей истории города Волхова
04.07.2026 в 16:09
4 ИЮЛЯ 1930 ГОДА: РОЖДЕНИЕ ВОЛХОВСКОГО АЛЮМИНИЯ
4 июля 1930 года на правом берегу Волхова состоялась официальная закладка первого в СССР алюминиевого комбината.
2 августа 1929 года Совет Труда и Обороны СССР принял постановление:
«…ПРИСТУПИТЬ К ФОРСИРОВАННОЙ ПОСТРОЙКЕ В РАЙОНЕ ЛЕНИНГРАДА с 1929/30 г. алюминиевого завода годовой производительностью 5 тыс. тонн».
Этому предшествовала борьба мнений. Ленинградские организации во главе с С. М. Кировым настаивали на строительстве именно Волховского комбината. И у них были веские основания. Волховская ГЭС —первенец плана ГОЭРЛО, вступившая в строй в 1926 году, — уже давала мощную и дешёвую электроэнергию, необходимую для сложнейшего электролизного производства алюминия.
«Имеющаяся к этому времени единственная сырьевая база — месторождение бокситов — также находилась в пределах Ленинградской области в районе г. Тихвина. При этом ленинградские организации мотивировали свое предложение тем, что сложнейшее алюминиевое производство должно создаваться вблизи индустриального, культурного и научного центра, каким является Ленинград».
Совет Труда и Обороны принял решение строить одновременно два комбината — на Днепре и на Волхове. Волховский предполагалось пустить на год раньше, чтобы использовать его опыт и кадры для Днепровского гиганта.
В мае 1930 года начались строительные работы. Начальником строительства назначен А. С. Сотников, главным инженером — Ю. В. Баймаков.
Кругом трава, зелёный лес и серое, как бетон, небо. На желто-бурый бугор земли поднимались делегаты-рабочие от Москвы и Ленинграда. „Обязуемся выполнить задание советского правительства — дать стране алюминий в кратчайший срок!“ Так началось строительство Волховского алюминиевого комбината и не только комбината, а и нового социалистического городка.
А. А. Соколов оставил яркое описание площадки:
«В июне 1930 года на правом берегу Волхова, вблизи Волховской ГЭС появились первые контуры строительной площадки. В середине лета мы приступили к разбивке площадки электролизного цеха на заболоченном пустыре, где росла клюква и брусника».
4 ИЮЛЯ 1930 ГОДА: ОФИЦИАЛЬНАЯ ЗАКЛАДКА
В этот день на месте будущего электролизного цеха состоялся торжественный митинг. Телеграфное агентство РОСТА сообщило на всю страну:
«Сегодня на станции Званка состоялась закладка первого в Союзе алюминиевого комбината, который будет вырабатывать пять тысяч тонн алюминия в год из тихвинских бокситов. Энергию новостройке даст Волховская ГЭС. В район бокситов прокладывается железная дорога на 30 км. При комбинате строится рабочий городок».
Ленинград. 4 июля 1930 г. (РОСТА).
Слова «При комбинате строится рабочий городок» стали судьбоносными — с этого дня началась история не только завода, но и города Волхова.
На митинге присутствовал С. М. Киров. А. В. Тюрин вспоминал:
«Киров взял бутовую плиту и передал её бригадиру Алексееву Ф. А., который спустил камень в траншею фундамента. Потом Киров сказал на митинге: „Пускай эта первая плита продолжит путь строительства первого в СССР Волховского алюминиевого завода“».
А вот как вспоминал о закладке фундамента глинозёмного цеха И. А. Бойцов:
«Пришли мы на отведённое место. Смотрим, а кругом болото, вода. Что делать? А у нас что: кроме вёдер да лопат ничего нет. Постояли, подумали и решили воду относить вёдрами. Работа закипела. На месте болот и зарослей началось рытьё котлована. Фундамент укладывали на глубину 5 метров. Сколько тысяч кубов пришлось вырыть земли! Да к тому же все работы велись вручную, о механизации никто не говорил».
О значении Волховского комбината писала «Ленинградская правда» 17 мая 1930 года:
«Работой Ленинградского алюминиевого комбината начнётся фактическое существование в стране новой отрасли производства. Наличие многочисленного кадра квалифицированных рабочих, а также научных организаций и крупных технических сил — создают для Ленинграда совершенно исключительные условия, позволяющие осуществить строительство и наладить работу комбината в кратчайший срок и этим самым раньше избавиться от необходимости импортировать алюминий».
Так, 4 июля 1930 года, на заболоченном пустыре, где до этого росла клюква и брусника, началась история, которая навсегда изменила наш край. В этот день был заложен фундамент первого в стране алюминиевого завода и нового социалистического городка — будущего Волхова.
Тысячи строителей, съехавшихся со всей страны, корчевали лес, рыли котлованы вручную, носили воду вёдрами. Их руками возводились цеха, а рядом — дома, школы, больницы, ставшие основой нового города. А энергию для первых электролизёров давала Волховская ГЭС, построенная всего за несколько лет до этого и ставшая надёжной энергетической базой для новой промышленности.
Материал подготовлен по книге «Алюминстрой. Хроника. Отклики. Воспоминания. 1929–1934 гг.» (автор-составитель В. Астафьев)
#музейВолхова #альманахВолхова
04.07.2026 в 15:16
ЧЕЛОВЕК-ЛЕГЕНДА: Анатолий Николаевич АРХИПОВ
Кавалер Ордена Трудовой Славы трёх степеней
Почётный железнодорожник
Почётный работник Октябрьской железной дороги
Почётный гражданин города Волхова
40 лет назад, 3 июля 1986 года, Архипов Анатолий Николаевич, машинист тепловоза станции Волховстрой, был награждён орденом Трудовой Славы I степени.
Предлагаем к прочтению статью «В Ленинград не вернулся» из газеты «Гудок» от 08.09.2020г.
Тогда, в сентябре 1941-го, Толе исполнилось шесть лет. Отец на фронте, он дома – за старшего. Что это такое – блокада, мальчишки, его друзья, сначала не понимали. Но они больше не гоняли мяч во дворе. Теперь чаще встречались в очередях за хлебом или на развалинах соседних домов, где собирали всё, что могло пригодиться на растопку печей. Бомбёжки и обстрелы стали постоянными. А потом наступил голод…
Та зима была очень холодной, встали трамваи, потух свет, перестал работать водопровод. Закрылся детский сад, куда ходил Толя. На тёмных лестницах было очень страшно, но всё равно надо было ходить за хлебом.
«Дедушка стал первой жертвой голода в нашей семье, – вспоминает Анатолий Николаевич. – Мама, хоть и получала рабочую карточку, спасти его не могла. Он ослабел и тихо угас. Я хорошо запомнил тот морозный день, когда мама пошла на Волковское кладбище, чтобы договориться о похоронах. А мне строго наказала бежать в бомбоубежище, если услышу сигнал воздушной тревоги.
В это бомбоубежище мы с мамой ходили не раз. И как только завыла сирена, я накинул на себя пальто и бросился на улицу. Мне оставалось всего семь-восемь шагов, но тут вдруг что-то ухнуло и я, чем-то придавленный, оказался в полной темноте. Показалось, что я улетаю, но открыть глаза и посмотреть, куда лечу, не было никаких сил…
Будто сквозь сон доносились до меня шум подъезжающей машины, грохот разбираемых досок и сильный голос: «Давай его в кузов, да закутай получше».
– Парень, ты жив? – спрашивали меня чёрные бушлаты. – Есть хочешь? А может, покуришь?
Есть, конечно, хотелось, но жив или не жив, я всё-таки не понимал. Сильно болели нога и голова, рука как-то неестественно была вывернута.
Куда идёт грузовик, кто все эти люди, я не знал. Сознание то возвращалось ко мне, то снова куда-то убегало.
– А это что за синюху вы с собой привезли? – говорил какой-то военный, стоявший возле машины.
– Мальчонку из-под завала достали, товарищ полковник, пришлось забрать его с собой.
Полковник наклонился ко мне:
– Ты где живёшь?
– В Ленинграде.
– Адрес свой знаешь?
– Московский проспект, 74, квартира 119.
– Что?! – он прямо схватил меня в охапку. – А Вадима знаешь из 76-го дома?
– Знаю, в футбол вместе играли.
– Нет больше Вадима…
Полковник взял меня на руки и понёс в больницу. Только через несколько дней я узнал, что нахожусь в Новой Ладоге у старого канала, что привезли меня сюда моряки, что попали мы сюда по Дороге жизни».
А полковник оказался начальником госпиталя, в котором Толя теперь находился на лечении. Руку, которая была вывернута, заковали в гипс. На голову наложили повязку. А разбитая нога оказалась короче другой на целых 55 мм. Нужно было срочно вытягивать ее, иначе такое положение могло зафиксироваться. В конце концов, нога встала на место. А вот рука срослась неправильно, но поскольку она работала, ломать не стали. Так он заново родился на свет.
Когда его поставили на ноги, нужно было решать, что с ним делать. Не возвращать же в блокадный Ленинград, ведь врачи видели, в каком состоянии привозили оттуда детей.
«Ну что мне с тобой делать? – спрашивал полковник. – Нет ли у тебя родственников где-нибудь в деревне?»
«Две бабушки в деревне Мелекса», – отвечал Толя.
Его мать и отец родом из одной деревни. И ребенка всегда отвозили на лето к бабушке, маминой маме, название он хорошо запомнил, но где точно находится эта деревня, не знал.
Прошло дней восемь-десять. Неизвестно, каким образом полковник нашёл родственников, но за Толей приехал дядя, мамин брат. На костылях, весь перебитый, демобилизованный по ранению и контузии.
«А мама? Что она могла подумать, когда вернулась домой с кладбища? Наверное, решила, что меня уже нет в живых. И где она сама: в Ленинграде, в эвакуации – никто не знал, и спросить было не у кого, – делится своими размышлениями ветеран. – Я попал в объятия двух своих бабушек, которых очень любил. Деревня наша, известная тем, что неподалёку отсюда в XVII веке был подписан Столбовский мирный договор, для немцев не представляла большого интереса. Бомбили здесь редко, разве случайные бомбы залетали. Голодали, конечно, но всё же – не Ленинград.
Здесь, в Мелексе, я пошёл в первый класс. У нас была хорошая учительница, она всегда рассказывала о положении на фронтах, говорила, что скоро погонят немцев, что уже освобождают некоторые наши города.
И вот однажды… в нашем доме появилась моя мама. Оказывается, она, не зная, что со мной, эвакуировалась вместе со своим заводом в Вологодскую область. Там работала дояркой. Как-то её и ещё нескольких женщин послали в командировку перегонять стадо. И гнали они его как раз недалеко от этих мест. Тогда-то мама и уговорила спутниц завернуть в Мелексу, проведать свою мать и переночевать у неё. Каково же было её счастье, когда она увидела собственного сына, о котором ничего не слышала около двух лет».
Дело, конечно, шло к победе. Был уже 1944 год. Но и этот тихий уголок сотрясали отголоски войны. Девятерых сыновей проводила на войну бабушка Толи Лукерья Васильевна Архипова. И ни один из них не вернулся живым. За одну неделю получила она четыре похоронки. А с последней – сползла по стене и больше не встала. Так умерла от горя хлебосольная хозяйка, лучшая повариха Новоладожского уезда, весёлая и задорная до войны женщина.
Другая бабушка, мамина мама, знавшая бесчисленное количество сказок и прибауток, Анастасия Матвеевна, получила шесть похоронок. Но четверо оставшихся детей заставили её подняться. Она прожила долгую жизнь, помогала детям нянчить внуков.
«А мы с мамой и её братом Петром Седовым, который приезжал за мной в Новую Ладогу, после войны перебрались в Волховстрой, – рассказывает Анатолий Николаевич. – Через несколько лет я решил разыскать того полковника медицинской службы, который спасал и выхаживал меня. Поехал в Новую Ладогу, но его уже там не было. Мне сказали, что он погиб на Ладоге. Так закончилась жизнь человека, который сам спас сотни жизней…»
Анатолий Николаевич Архипов – кавалер Ордена Трудовой Славы трёх степеней. В Ленинградской области это – единственный случай. Человек ярких трудовых достижений, освоивший в своё время все виды тяги, которые только появлялись в депо: паровозы, тепловозы, электровозы самых последних марок. Наставник, давший путёвку в профессию десяткам своих учеников, которые, как и он когда-то, мечтали стать машинистами, и стали ими. А он – профессионал, уверенный в себе человек, за всю жизнь так и не смог ни разу подойти к арке того дома на Московском проспекте, где, едва успев начаться, чуть не оборвалась его жизнь.
Татьяна Куценина
02.07.2026 в 14:41
🎥 В фокусе внимания — наша история!
На днях в нашем музее работала съемочная группа телеканала «Россия-24». Повод особенный: в 2026 году ПАО «Россети Ленэнерго» отмечает грандиозный юбилей — 140 лет со дня основания!
Директор музея Ольга Анатольевна Николаева провела для журналистов экскурсию по ключевым вехам становления энергосистемы. Особое внимание было уделено легендарной Волховской ГЭС — первенцу плана ГОЭЛРО, который навсегда изменил энергетический ландшафт страны.
Немного фактов из истории:
🔹 4 июля 1886 года император Александр III утвердил устав «Общества электрического освещения», основанного Карлом Сименсом. Этот день положил начало «электрической» эре России.
🔹 Одним из первых проектов стала станция у Зимнего дворца, долгие годы остававшаяся крупнейшей в Европе.
🔹 А уже 19 декабря 1926 года торжественный запуск Волховской ГЭС дал рождение понятию «Ленинградская энергосистема».
Следите за обновлениями — совсем скоро мы поделимся готовым репортажем! Обещаем, будет интересно. ⚡️
#МузейисториигородаВолхова
30.06.2026 в 12:35
📜 Рубрика «Заметки из прошлого».
Здесь мы публикуем статьи из архивных газет Музея. Орфография и стиль авторов сохранены.
Сегодня мы переносимся в май 1963 года. Герой очерка — водолаз Иван Антонович Мурашов, работавший на Волховской гидроэлектростанции. Предлагаем вашему вниманию статью Н. Дмитриевой из газеты «Волховские огни» №4(7447) о том, как просто и буднично советские герои боролись с последствиями войны и обеспечивали работу станции.
5.000 ЧАСОВ ПОД ВОДОЙ
Шел третий послевоенный год. Водолаз Мурашов совершал свой обычный подводный обход гидросооружений Волховской электростанции. Шаг за шагом продвигался он в темноте, на ощупь проверял подошву плотины, решетки гидротурбины. И вдруг руки его нащупали что-то твердое, круглое. Он сразу понял: мина!
Можно было просто уйти, вызвать минеров. Но он знал, что не сделает этого, не уйдет отсюда до конца.
Эй, там, наверху! Доложите начальству: на мину тут наткнулся. Что с ней делать? - будничным голосом доложил он по телефону.
И не успели еще вызвать специальную команду, как Иван Антонович подал сигнал:
- Подымай потихоньку конец. Зачалил я ее…
Мина была поднята наверх, а потом обезврежена.
С тех пор Мурашову мины больше не попадались Но на каждом шагу под водой водолаза подстерегает опасность. Надо уметь рассчитывать эти шаги. Одно неверное движение - и может затянуть в водоворот от соседней работающей турбины.
Но опытный подводник не сделает неверного шага. Вот он в своих доспехах уходит в глубину. Со дна подымается и расплывается по воде потревоженный ил. Три метра прямо - стена. Еще четыре метра - решетка гидротурбины высотой 10 метров. Ее надо периодически очищать от принесенного течением мусора. Работа идет в темноте, на ощупь. И работать надо быстро, чтобы сократить срок остановки генера-
тора. От его, Мурашова, расторопности зависит и график ремонта турбин: чем быстрее он перекроет доступ воды, установит под водой так называемые шандорные щиты, тем быстрее начнется ремонт агрегата.
- Готово! – слышат наверху голос водолаза. – Выбирай шланг.
Круглый шлем скафандра появляется над поверхностью воды. Иван Антонович Мурашов закончил еще одну подводную вахту. Более 5.000 часов провел он под водой за 24 года своего нелегкого труда.
H. Дмитриева
#МузейисториигородаВолхова
Комментарии посетителей (2)