Музей истории техники ОАО Кировский завод

🎉С праздником Весны и Труда! С весной, теплом и отличным настроением. Желаем вам лёгких рабочих будней, ярких выходных и побольше поводов улыбнуться. Хорошего праздника, коллеги! 🌿😊 #1мая #Первомай #КировскийЗавод #ЗаводскаяСемья #ТрудоваяСлава #КЗТрадиции

💫 Наш юбилейный жетон — главный герой комикса Олега Сыромятникова, главного редактора журнала «Петербургский коллекционер»! #КировскийЗавод #Промышленность #ПТЗ #Кировец #225Лет

🌟Сохраняя традиции – создаём будущее Вы не понаслышке знаете, что такое настоящая работа. Не та, про которую пишут в соцсетях, а та, от которой руки помнят тяжесть, а спина — усталость. Кировский завод не терпит случайных людей. Тот, кто остаётся здесь на год, остаётся навсегда. Потому что мы ценим не громкие слова, а ровный гул цеха, надёжное плечо соседа по бригаде и общее дело, которое кормит наши семьи. Давайте без пафоса: вы — те, кто держит этот город на своих плечах. И у каждого из вас есть своя история. Как, например, история Тимофея Матвеева. Из деревни — к станку. В XIX веке завод не раз был визитной карточкой для тех, кто хотел перебраться в Петербург. В 1892 году он определился на Путиловский завод и со временем стал сверловщиком в шрапнельном цехе — специалистом очень высокой квалификации. При заводе семья сняла небольшую квартиру. Жили в одной комнате, две другие сдавали жильцам, чтобы добавить к зарплате. Жена работала прачкой. Пятеро детей. Всё как у всех. По словам внука, Юрия Гагарина, он был «кряжевый человек, мастер своего дела. Мог блоху подковать и из куска железа выковать цветок». Через пару лет у другой заводской семьи 3 января 1894 года родился Иван Иванович Газа. Отец Ивана работал слесарем на Путиловском заводе, мать — ткачихой. Маленький Ваня окончил эстонскую детскую школу, которую Путилов открыл для детей рабочих, и хотел поступить в гимназию. Отец объяснил: гимназия не для таких, как они. Иван пошёл в заводское ремесленное училище. В пятнадцать лет попал в цех слесарем. В перерывах читал брошюры, которые давали старшие товарищи, ходил на собрания тайного кружка, клеил листовки по ночам. Помогал собирать деньги для газеты «Правда». Между сменами, между гайками и железом. А потом случилась революция. Путиловцы пошли. Они участвовали не потому, что так написано в учебниках, а потому что думали о своих правах, справедливости и об устройстве жизни. В 1928 году Иван Иванович дослужился до секретаря Московско-Нарвского района, стал куратором «Красного путиловца» и помощником Кирова по реконструкции города. Через год в Ленинград приедет отличник из Харьковского политехнического института Жозеф Котин. За успешную учёбу его отправили учиться в Военно-техническую академию Дзержинского. Жозефу пришлось дважды защищать диплом: Михаил Тухачевский, как один из идеологов перевооружения армии, заинтересовался лучшими работами выпускников академии. В 1932 году Жозеф Котин стал инженером, а позже начальником конструкторского бюро Военной академии механизации. Пока его проектно-конструкторский отдел совершенствовал танки Т-35 и Т-37, в 1934 году родился Юрий — внук Тимофея Матвеева. Путиловцы к тому времени стали Кировцами, а напротив завода открылся дом культуры имени И. И. Газа. В мае 1937 года молодого инженера назначили главным конструктором Кировского завода. Это назначение было не только признанием организаторского и инженерного таланта. Предыдущих главного конструктора и директора завода арестовали, и вакансия досталась Котину в тяжёлое время. В это же время его будущий друг Иван Исаев попросил, чтобы его перевели на Кировский завод — к друзьям, к однокашникам Пискарёву и Пассинскому. Он прошёл похожий путь, как и многие Кировцы. Исаев приехал в Ленинград из Саратовской губернии. Отец — котельщик, мать хотела дать сыну образование и в четырнадцать лет определила его писарем в соседнее село. Сам Исаев потом называл своё происхождение рабоче-крестьянским, без пафоса, просто как факт. В Ленинград он попал через рабфак и Политехнический институт. К началу Великой Отечественной войны Исаев уже был начальником металлургического отдела завода. Эвакуировался на Уралмаш, стал заместителем главного инженера. Котин в это время в Челябинске выпускал танки с нуля за месяц. Исаев в Екатеринбурге держал металлургию. Оба в разных концах Урала, оба делали одно дело. В июле 1945 года Исаев вернулся на Кировский. Застал двадцать пять полностью разрушенных цехов, шесть тысяч рабочих и сугробы внутри зданий. Старожилы помнили, где какой станок стоял, — растапливали снег, находили фундамент, устанавливали вернувшееся из эвакуации оборудование. Первомай 1947 года кировцы встречали уже с первой послевоенной турбиной. Потом было назначение в Свердловск, потом снова Ленинград. Директором Кировского завода он стал по просьбе самих кировцев — об этом он узнал спустя годы и, судя по всему, был удивлён. В 1950-х завод снова начал думать вперёд. Хрущёв съездил в Америку, посмотрел на тракторный завод John Deere и поручил задание Кировскому заводу. Конструкторская разработка шла в три смены — и за год до первого выпуска К-700 Юрий Гагарин первым полетел в космос. Путиловский сверловщик, живший в одной комнате с семьёй из семи человек, — дед первого человека в космосе. Десятитонная машина мощностью 220 лошадиных сил вышла из цеха в 1962 году. Первый К-700 Исаев лично провожал за ворота. Трёхтысячный трактор назвали «Иван Исаев» и отправили на родину директора — в Саратовскую область. Когда кировцы активно выпускали серийные тракторы и участвовали в строительстве атомных подводных лодок и кораблей, юный Пётр Семененко в 1970 году пришёл на завод мастером, начинал со смен в лопаточном цехе. В том же году на завод пришла комсомолка Татьяна Михайловна Бочкарева, она работала в социологической лаборатории, созданной Владимиром Александровичем Ядовом. Первое исследование лаборатории касалось бюджетов свободного времени рабочих Кировского завода. В дальнейшем эта тематика выросла в крупный проект «Человек и его работа», давший толчок формированию оригинальных теоретических концепций. В 1987 году Семененко назначили генеральным директором. А потом рухнул Советский Союз. Государственные заказы исчезли в одночасье. Особенно сильный удар нанесло прекращение выпуска бронетехники и конкуренция со стороны зарубежных тракторостроителей. Завод, который кормил сотни тысяч людей, оказался один на один с рынком — без опыта, без партнёров, без правил. 1 сентября 1992 года завод перешёл на самофинансирование. 5 ноября того же года стал акционерным обществом — одним из первых в стране и первым среди оборонных предприятий. Семененко не ждал команды сверху, он сам придумывал, как выжить. В 1999 году Татьяна Михайловна перешла из социологической лаборатории на радио Кировского завода. Были свои циклы передач, можно было говорить свободно. Тогда же транслировались заседания и обращения Семененко напрямую: люди всегда знали, что происходит наверху. А Пётр Георгиевич тем временем сумел переориентировать завод на сдачу помещений в аренду, на эксплуатацию портовых мощностей — от СССР Кировскому заводу достались собственные причалы, и на выпуск новых видов техники, включая дорожно-строительную. Тракторы вместо танков. Причалы вместо оборонных заказов. Когда американский John Deere попытался вытеснить «Кировец» с российского рынка, Семененко добился личной встречи с премьером Примаковым и эта битва была выиграна. Сейчас Татьяна Михайловна работает в музее Кировского завода в ДК имени И. И. Газа. Ведут научно-исторические работы, проводят экскурсии, собирают новые экспонаты и истории. Один из самых ярких экспонатов музея — знамя, подаренное в 1917 году рабочими Путиловского завода Лейб-гвардии Павловскому резервному полку. Это знамя принял дедушка Татьяны — Комаров Василий Родионович. Он работал в шрапнельном цехе и возможно с тем самым Тимофеем Матвеевым. В планах музея участие в форуме «Мой завод - Моя семья». Они расскажут династиях работников Кировского завода. Ведь каждая история уникальна и тесно связана с нашей общей историей. Ведь мы сохраняя традиции, создаём будущее. #КировскийЗавод #Промышленность #ПТЗ #Кировец #225лет

⚙Теперь у Кировского завода и метрополитена не только общая история, но и общие коллекционные жетоны. С юбилеем, коллеги! Отдельная благодарность метрополитену за этот знак уважения и признания нашего труда. Отрадно, когда родной завод становится частью городского кода — даже на турникетах.