«Джаз — это универсальный музыкальный язык»: интервью Романа Христюка Peterburg2

Здравствуйте, Роман. Совсем скоро начнётся второй Санкт-Петербургский джазовый фестиваль. Поделитесь, какую роль в нём играете вы, как директор фестиваля. Как вы формулируете свои задачи?

— Директор фестиваля — это человек, который объединяет все направления работы над мероприятием. От него зависит, где будут проходить концерты, как будет выстроена программа, обеспечена безопасность, какие сотрудники и волонтёры будут задействованы для реализации проекта. Он отвечает и за финансовую часть, и за фандрейзинг, и за продвижение – за всё! По сути, фестиваль — это отдельная автономная структура, и задача директора — эту структуру создать, запустить и выстроить так, чтобы всё функционировало чётко, слаженно и, самое главное, автономно от руководителя.

Фото из личного архива Романа Христюка

С какими вызовами чаще всего сталкиваетесь при подготовке масштабного музыкального события в Петербурге?

— Сложности, с которыми мы сталкиваемся при подготовке, во многом типичны для всех фестивальных проектов - к слову, Ассоциация джазовых музыкантов и Фонд Игоря Бутмана, исполнительным директором которых я являюсь, ежегодно реализуют одиннадцать крупных фестивалей.

Как собрать действительно интересную и разнообразную программу, как привлечь исполнителей из других жанров к созданию джазовых проектов, как убедить приехать знаменитых зарубежных музыкантов? Как сделать так, чтобы фестиваль не был разовой акцией, а становился устойчивым культурным брендом города или региона? Это универсальные вызовы, с которыми сталкиваются организаторы масштабных мероприятий во всём мире.

В чем, на ваш взгляд, заключается миссия Санкт-Петербургского международного джазового фестиваля?

— Миссия фестиваля — наполнить весь город лучшей джазовой музыкой и сделать её как можно ближе и доступнее для широкой аудитории. Мы хотим, чтобы жители и гости Петербурга прочувствовали её энергию и многогранность. С первого дня своего существования фестиваль стал одним из крупнейших музыкальных событий в стране и главным джазовым форумом северной столицы.

Фото из личного архива Романа Христюка

Отличается ли этот фестиваль от предыдущего? Получилось ли учесть какие-то недостатки, если они были? 

— Каждый фестиваль уникален — в первую очередь, благодаря программе, которая никогда не повторяется. К тому же ежегодно создаются проекты специально к фестивалю. В этом году одной из премьер станет совместная программа знаменитой группы Кватро Originals и кубинско-российского проекта Juan Horlendis Band — её впервые представят в Юсуповском саду.

Также прозвучит недавно созданная программа Московского джазового оркестра и Виктора Добронравова, и, пожалуй, один из самых неожиданных проектов — специальная джазовая программа Полины Гагариной.

Главный вызов для нас каждый год — придумать, чем удивить публику, как дать зрителям новый опыт и увлечь в джазовое пространство даже тех, кто раньше с джазом не сталкивался.

Отдельного внимания заслуживает Всероссийская джазовая премия, которую мы проводим в этом году во второй раз. Голосование проходит во «ВКонтакте», победителей определяют в 15 номинациях: от лучших инструменталистов до альбома года. Есть и экспертное жюри, которое выбирает победителя в номинации «Легенда». Важно, что мы отмечаем в этом году только молодых музыкантов до 35 лет — именно они становятся настоящим и будущим российского джаза.

Расскажите, как выстраивается работа с городом, площадками, партнерами. Насколько велик «невидимый» фронт работ?

— «Невидимый» фронт фестиваля всегда больше, чем тот, который видит зритель. Хотя сама событийная часть проходит с 21 по 27 июля, подготовка начинается как минимум за год. Это масштабная работа: создание концепции программы, бронирование площадок, взаимодействие с Правительством Санкт-Петербурга, с партнёрами и спонсорами, участие в грантовых конкурсах, включая конкурсы Президентского фонда культурных инициатив. Также — переговоры с артистами, многие из которых начинаются за год до мероприятия, а иногда и раньше. Всё, что публика видит на площадках в дни фестиваля, — это результат не менее чем годовой работы большой команды.

Поделитесь, как формируется программа фестиваля. Какую роль выполняете в ее формировании вы, а какую Игорь Бутман?

— Формированием программы мы занимаемся вместе с программным директором Ассоциации джазовых музыкантов и Фонда Игоря Бутмана — Еленой Рябухиной, которая с 2021 года отвечает за все программные блоки наших фестивальных проектов.

Всю программу всегда лично отсматривает сам маэстро и привносит множество блестящих идей — обращает внимание на различных артистов, придумывает концепции спецпроектов и новых программ, в том числе с участием Московского джазового оркестра. Наша задача — собрать сбалансированную программу, в которой представлены музыканты из Москвы, Петербурга, других регионов и зарубежья, сочетание современной джазовой сцены и классических форм, традиций и экспериментов, джаза и других жанров, включая поп-музыку.

Фото предоставлено организаторами фестиваля

На какие события вы бы особенно рекомендовали обратить внимание в этом году? 

— В первую очередь — это, конечно, концерты открытия и закрытия фестиваля. Я очень жду церемонию вручения Всероссийской профессиональной джазовой премии — это значимое событие. Лично мне хочется услышать бельгийский коллектив Zap Mama, услышать выступления многих петербургских джазменов, включая группу Софьи Шустровой и Санкт-Петербургский джазовый оркестр под управлением Сергея Богданова.

Программа в этом году действительно разнообразная. Есть и концерты на открытых площадках, и клубная часть. Сам фестиваль, по сути, длится две недели и стартовал ещё 14 июля.

Джаз — жанр с богатыми традициями, но и постоянно развивающийся. Как вы находите баланс между классикой и новыми именами в программе?

— Наша задача — не просто собрать уже готовые программы музыкантов, а сделать что-то новое, особое. Мы смотрим не только на то, кто выступает, но и что нового может предложить каждый участник: какие новые музыкальные территории он осваивает, какие творческие задачи решает. Поэтому речь идёт не столько о балансе между классикой и современностью, сколько о том, какие новые смыслы и направления привносит фестиваль в развитие джаза.

Некоторые артисты, заявленные в программе, не совсем ассоциируются с джазом. Среди них, например, Полина Гагарина и группа Uma2rman. Расскажите, почему вы пригласили их участвовать в проекте.

— Разумеется, мы заинтересованы в том, чтобы привлечь внимание к фестивалю, и это нормально для любого крупного культурного события. Но при этом участие таких артистов, как Полина Гагарина и Uma2rman, абсолютно оправдано в джазовом контексте. Полина, к слову, изначально джазовая вокалистка, и в рамках фестиваля представит специальную джазовую программу.

Группа Uma2rman также подготовила для фестиваля особый сет — коллектив вообще состоит преимущественно из джазовых музыкантов. Например, на нашем недавнем фестивале «Ангара-джаз» в Иркутске они исполняли джазовые версии своих хитов, включая песню про Антона Городецкого. То есть это не просто выступление известных артистов, а специально созданные проекты, соответствующие духу фестиваля.

Расскажите о зарубежных гостях: есть ли имена, с которыми велись особенно сложные переговоры? В прошлом году, насколько мне известно, в программе были замены из-за сложной обстановки.

— Да, в прошлом году действительно были замены. Например, после выступления на Московском джазовом фестивале зарубежные артисты, такие как Авишаи Коэн и Ришар Бона столкнулись с серьёзной травлей за рубежом. В итоге артисты извинились перед нами и попросили отменить свои концерты в Петербурге под предлогом того, что они подвергают риску свою дальнейшую карьеру.

Сейчас привлечение зарубежных артистов — задача непростая, особенно в текущей международной обстановке. Но мы находим способы для международного диалога, и он продолжается. Мы всегда открыто подходим к переговорам и готовы показать, что Россия ждёт и принимает тех, кто приезжает к нам с уважением к нашей стране и культуре и искренней любовью к музыке.

Есть ли артисты, которых вы лично очень хотите увидеть на будущих фестивалях?

— Таких артистов огромное количество. Мы мечтаем, чтобы в будущем на сценах наших фестивалей выступили Ибрагим Маалуф, Пэт Мэтини, Уинтон Марсалис, Эл Ди Меола, Антонио Санчес и многие другие мировые звёзды. Из российских музыкантов нам было бы очень приятно видеть на фестивале Леонида Агутина, Юрия Башмета, Дениса Мацуева — и, конечно, других выдающихся исполнителей, которых всегда рады приветствовать в джазовой программе.

Фото из личного архива Романа Христюка

Как вы оцениваете интерес публики к джазу сегодня? Меняется ли аудитория, какой у нее запрос? Как вы считаете, интересен ли жанр молодёжи, не сложно ли им воспринимать произведения из-за «клипового мышления»?

—  В конце прошлого года мы совместно с Яндекс.Музыкой провели исследование, которое показало: за год число слушателей джаза на этой платформе выросло более чем на 50%. Мы видим уверенный рост интереса, особенно среди молодёжи. Сегодня джаз активно смешивается с хип-хопом, поп-музыкой, роком, электроникой — это притягивает новую аудиторию. Молодые слушатели всё чаще ищут нестандартные музыкальные формы и не боятся экспериментов.

На наших фестивальных площадках до 70% зрителей — молодые люди. Это даёт уверенность, что на ближайшие десятилетия у российского джаза будет своя, лояльная аудитория. Санкт-Петербург при этом занимает особое место. Город с богатейшими традициями джаза, и это чувствуется даже по тому, как развивается Джаз-клуб Игоря Бутмана — всего за три года он стал важным культурным центром северной столицы, куда стремятся попасть и зрители, и музыканты.

Понятие «клиповое мышление» сегодня уже звучит как штамп. Молодёжь умеет сосредотачиваться, вдумываться, искать смыслы — и это относится и к музыке. Им интересно разобраться в том, что они слушают, уловить суть, найти своё звучание. И джаз как раз даёт эту глубину. Он открыт к диалогу с другими жанрами, постоянно развивается и впитывает новое. Поэтому да — джаз абсолютно современная музыка.

Лично для вас — что такое джаз? Можете поделиться, чем вас привлек именно этот жанр?

— Для меня джаз — это универсальный музыкальный язык. Музыка мира, музыка сегодняшнего дня и, наверное, самый живой и выносливый музыкальный жанр из всех существующих.

Сергей Довлатов писал, что «Джаз — это мы сами в лучшие наши часы». Согласны ли вы с этой мыслью?

— Джаз — это просто мы.

Слушаете ли вы музыку для себя в свободное время? Какие жанры, группы и исполнители в числе ваших любимых?

— Конечно. Невозможно заниматься этой музыкой и не любить её. Я слушаю джаз не только по работе — он действительно мне близок. Люблю разную музыку, включая ту, что на стыке жанров. Среди любимых — Пэт Мэтини, Эсбьорн Свенссон, Ли Ритенауэр, Кит Джаррет, Ибрагим Маалуф. Надеюсь, получится пригласить Маалуфа на один из будущих фестивалей.

Поделитесь, пожалуйста, своим недавним музыкальным открытием – артистом, группой.

— Из зарубежных исполнителей — это Вероника Свифт. А из российских — Варвара Убель. Очень яркие открытия.

Есть ли музыка, которая у вас ассоциируется именно с Петербургом? Может быть, особенный плейлист для прогулок по городу.

— С Петербургом у меня ассоциируется один конкретный альбом – это Blues for 4, записанный Игорем Бутманом, Андреем Кондаковым, Ленни Уайтом и Эди Гомесом. Это авторская музыка Андрея Кондакова, и, как мне кажется, она точнее всего передаёт настроение Петербурга — тот самый петербургский вайб, как сейчас модно говорить.