Школа риторики и дипломатии Dispute
|
|
|||||||||||||||||
Подпишитесь на
Дзен,
ВК и
Яндекс.Новости.
Самое важное, но редко - в
еженедельной рассылке и
Телеге.
Дата открытия на сайте: 14.03.2017
|
Официальная группа Вконтакте
Екатерина Гальчук. Мышление — речь — убеждение
24.04.2026 в 12:15
9 фраз, которые ставят границы без конфликта.
Границы — это не про жесткость. Это про ясность. Но в реальной жизни все иначе: вам что-то навязывают, давят, торопят, обесценивают... И вы... Соглашаетесь. Или замолкаете. Или начинаете оправдываться. А потом прокручиваете разговор в голове и думаете: «Надо было ответить иначе».
В карточках разбираемся с тем, как отвечать на давление так, чтобы сохранить и позицию, и отношения.
16.04.2026 в 12:00
Вы не интересны.
Да, вот так. Без вступлений и попыток смягчить.
И нет, дело не в том, что у вас «скучная жизнь» или «мало событий». Скорее всего, проблема куда проще (и немного обиднее): вы рассказываете так, что это физически сложно дослушать до конца.
Звучит резко? Отлично. Значит, есть шанс, что вы не просто пролистаете дальше.
🔴 Вы начинаете рассказ: «Ну, в общем… это было года два назад… хотя нет, может три… да неважно…». И в этот момент собеседник уже мысленно выбирает отпуск, вспоминает, выключил ли утюг, и слегка жалеет, что вообще задал вопрос.
🔴 Или вы хотите объяснить простую мысль — и выдаёте:
«С точки зрения синергии наших взаимодействий в рамках текущего контекста…». Это не звучит умно. Для слушателя это рождает крик в голове: SOS! Где выход! Выпустите меня!
🔴 Вы говорите долго, но никуда не ведёте. Добавляете детали, которые не усиливают мысль, а растворяют её. Начинаете издалека так, будто у вас эфирное время на федеральном канале и нужно его срочно освоить.
Но «неинтересность» — это не приговор. Это просто привычка.
А привычки иногда можно менять. Хоть это сложно и больно.
Говорите по сути — вас будут слушать.
Убирайте лишнее — появится смысл и структура.
Но есть нюанс. Для этого придётся перестать говорить «как получится» и начать думать: что именно я хочу, чтобы человек запомнил?
Если вы узнали себя — не переживайте. Это не повод молчать.
Это повод начать говорить так, чтобы вас действительно хотелось слушать.
А если у вас есть человек, который очень любит долго и нудно говорить, просто перешлите ему этот текст. Возможно, это самый гуманный способ намекнуть 😏
14.04.2026 в 13:06
На днях я, как человек слабый и подверженный маркетинговым чарам, повелась на фразу: «прочитайте этот шедевр! его рекомендует книжный клуб Риз Уизерспун».
Зато теперь у нас есть отличный повод поговорить о том, как точно не нужно рассказывать истории.
В чем суть романа? Есть некая героиня. Она суперумная, загадочная, работающая «кротом»: меняет личности, втирается в доверие, добывает информацию для начальства. Зачем? Почему именно она? Что ей за это будет? Ответы на эти вопросы где-то между «секретом» и «неважно».
И вот однажды она узнает, что за ней тоже следят и собирают на неё досье.
Уау! Интересненько… могло бы быть.
Но на деле мы получаем не напряжённый триллер, а наглядное пособие: «типичные ошибки начинающего рассказчика».
❌Ошибка №1: отсутствие цели у героя
Герой в истории — это не мебель и не случайный наблюдатель событий. У него должна быть цель. Причём не в духе «ну как-то разобраться», а конкретная, живая, движущая сюжет вперёд.
В «Побеждает первая ложь» героиня чаще всего напоминает человека, которого аккуратно подталкивают из сцены в сцену: сегодня одно задание, завтра другое. Она не столько действует, сколько реагирует.
❌Ошибка №2: «Рассказать» вместо «Показать»
Классика жанра: вместо того чтобы дать читателю почувствовать эмоцию, нам её аккуратно прописывают. Одним словом. Ну, максимум, двумя.
«Она разозлилась».
«Она загрустила».
«Она почувствовала тревогу».
Спасибо, конечно, но это примерно как сказать: «еда вкусная» вместо того, чтобы дать нам ее попробовать.
В романе эмоции часто существуют в режиме декларации. Нам сообщают, что героиня что-то чувствует, но не дают увидеть, как это проявляется: в движениях, в речи, в выборе, в ошибках. В итоге мы читаем не историю, а отчёт о состоянии души.
❌Ошибка №3: абсурдные ситуации, которые ломают доверие
История может быть любой (даже самой фантастической), если внутри неё есть логика.
Но в «Побеждает первая ложь» логика местами берёт отпуск и, судя по всему, уезжает на майские жарить шашлыки.
Например, героине нужно выкрасть флешку у богатого и влиятельного человека. Звучит как напряжённая миссия? Конечно. Что бы было в нормальном сюжете? Минимум подготовки, точечное проникновение, риск, напряжение.
Что делает героиня?
Устраивается к нему работать няней и полгода спокойно живёт в доме, «втираясь в доверие».
Полгода. Чтобы украсть флешку.
Это уже не шпионская операция, это, простите, испытательный срок с элементами эмоционального выгорания.
❌Ошибка №4: отсутствие изменений у героя
Хорошая история всегда про трансформацию. Герой должен меняться: внутренне, внешне, мировоззренчески. Иначе это не история, а просто хроника событий, вроде очень подробно написанного календаря.
В «Побеждает первая ложь» героиня вроде бы попадает в разные ситуации, но ощущение, что внутри она остаётся в том же состоянии, что и в первой главе. Никакой настоящей внутренней борьбы, никаких последствий, которые действительно меняют её путь.
И в какой-то момент возникает подозрение: главный конфликт здесь не между героями, а между авторским замыслом и здравым смыслом.
❗️Итог: как рассказать историю, чтобы все заснули
Если собрать всё вместе, то рецепт антиистории выглядит так:
1. Пусть герой существует без чёткой цели — так, для атмосферности.
2. Эмоции лучше называть, чем показывать — читатель догадается (наверное).
3. Логику можно немного отпускать — она тоже человек, ей нужен отдых.
4. Изменения героя? Зачем, он и так хороший.
Книга «Побеждает первая ложь» следовала этим принципам от первой и до последней страницы. Не будьте как эта книга.
03.03.2026 в 12:07
Мы живем в среде, где 15 секунд — это уже «долго».
Алгоритмы TikTok, Instagram ( Принадлежит Meta, признанной в РФ экстремистской организацией) и YouTube приучили нас потреблять информацию фрагментами.
Лента не предполагает размышления. Она предполагает реакцию. И это меняет не только внимание, но и мышление. А вместе с ним — речь.
Современная политика давно живёт в формате цитаты. Не программа. Не стратегия. Не аргумент, а фраза. Один яркий твит способен повлиять сильнее, чем аналитический доклад. Именно поэтому политики вроде Дональда Трампа или Дмитрия Медведева сделали короткую эмоциональную реплику главным инструментом влияния.
Информационная эпоха превратила сложные вопросы в мемы. Геополитика — в лозунг.
Экономика — в упрощённый образ «своих» и «чужих». Кто формулирует ярче — тот выигрывает внимание.
Но выигрывает ли он качество мышления аудитории?
Посмотрите на новостные заголовки:
«ШОК!»
«ЭТО ИЗМЕНИТ ВСЁ»
«СКАНДАЛ!»
Медиа давно работают не с аргументами, а с триггерами. Алгоритмы поощряют не глубину, а вовлеченность. Чем сильнее эмоция — тем выше охват. Чем выше охват — тем больше рекламы. И вот уже сложная тема разбивается на серию коротких, не связанных между собой всплесков. Мы получаем не картину мира. Мы получаем вспышки.
Что это делает с нашей речью?
1. Мы начинаем говорить лозунгами
Аргумент требует времени. Лозунг требует интонации.
Когда человек привыкает мыслить клипами, его речь становится реактивной, обрывочной и категоричной. Он уверен — но не может объяснить.
2. Мы теряем навык связности
Попросите человека объяснить сложную тему последовательно. Через 40 секунд начнутся скачки, повторения и уход в эмоции. Это основная проблема, с которой сейчас приходится бороться на занятиях по убедительной и структурированной речи. Клиповое мышление создаёт иллюзию знания без способности к рассуждению.
3. Мы начинаем бояться длинной мысли
Длинная мысль требует усилия. А усилие — это то, от чего цифровая среда нас отучает. Но парадокс в том, что доверие рождается именно в длинной, структурированной речи. Короткие форматы дают внимание, но лишь глубина — влияние.
Если вы не умеете удерживать мысль дольше минуты, вы не управляете речью. Вы — продукт алгоритмов. Если вы формулируете только ярко, но не глубоко, вы не убеждаете, вы развлекаете. И это нормально, если ваша цель развлечь.
Но если ваша цель — вести за собой, учить, строить репутацию, влиять — вам придётся стать сложнее.
Что делать?
Учиться строить причинно-следственные связи.
Тренировать длинные объяснения.
Читать сложные тексты без переключения.
Выступать, следуя жесткой структуре.
В эпоху фрагментов ценностью становится целостность. Структурная речь — это новый дефицит.
#манипуляции
19.02.2026 в 21:47
« А вот у вас…». Самый трусливый прием в споре
Вы говорите:
— «Это неправильно».
Вам отвечают:
— «А вот у вас самих…»
— «А что насчёт…?»
— «Сначала на себя посмотрите».
Стоп. Перед вами вотэбаутизм. И это не аргумент. Это дымовая шашка.
Вотэбаутизм (от what about…?) — это приём, при котором вместо ответа по существу вам подсовывают другую тему. Не опровергнуть. Не обсудить. Не доказать. А перевести стрелки.
Как это выглядит
Вы:
— «В стране растёт инфляция».
Ответ:
— «А в других странах вообще кризис!»
Вы:
— «Мне неприятно, что ты повысил голос».
Ответ:
— «А ты сама как разговариваешь?»
Почему этот приём так любят в политике
Потому что он:
- снимает ответственность
- размывает моральную позицию
- создаёт ощущение «все одинаково плохие»
Когда нельзя оправдаться — можно сказать: «Другие тоже виноваты». Это особенно удобно в пропаганде. Если внушить аудитории, что «везде бардак»,
то исчезает главный вопрос «А что конкретно с этой проблемой?»
Как работает пропагандистская версия
Поднимается неудобная тема.
В ответ — чужой грех.
Эмоции переключаются. Люди начинают спорить о другом. Фокус размыт. Ответственность испарилась. Идеальный манёвр.
Почему это работает психологически
Потому что:
- людям тяжело признавать ошибки
- обвинение вызывает защиту
- сравнение снижает чувство вины
Вотэбаутизм — это не про истину. Это про самозащиту и манипуляцию.
Как отвечать на вотэбаутизм
Главное — не уходить в чужую тему.
Варианты:
— «Это отдельный вопрос. Сейчас мы обсуждаем другое».
— «Давайте не смешивать темы».
— «Вы не ответили на мой аргумент».
Спокойно. Без агрессии. Но твёрдо.
Вотэбаутизм не делает позицию сильнее. Он делает её громче. А громкость — не равна правоте.
#манипуляции
Новых бизнес-центров почти нет: рынок офисов Петербурга остывает
История Ленинградского рок-клуба: как менялась музыкальная сцена города
Маршрут по Петербургу: адреса героев романа «Преступление и наказание»
Немецкий след в Петербурге: что можно увидеть за одну прогулку
Закрытые библиотеки Петербурга: где хранятся редкие книги и истории
Египетские символы в Петербурге: где найти сфинксов, мумий и пирамиды
Лучшее за неделю
Комментарии посетителей (10)
А теперь о еде что же с нею делать ЕСТЬ или КУШАТЬ? Это с одного форума о культуре речи: Ещё, куда ни плюнь — все КУШАЮТ. Вот и дымлюсь, представляя: лакей подобострастно объявляет «кушать подано», и на столе яств-то — видимо-невидимо: тут тебе и царский лебедь медвяной на золотом блюде, и осётр в два метра, и парной поросёночек, и тетерев под шафраном, и зайцы в рассоле, и кубки с мальвазией, и пряники печатные! И ещё всё это на серебряной столике с позолотой, покрытом скатертью, сотканной из золотых и серебряных нитей. И кравчий уж на коленях — быстро режет конину, да баранину! Живут же люди — КУШАЮТ!!! Ни слуг у меня в бархатных кафтанах фиалкового цвета, ни жареных павлинов, ни мёдов можжевеловых в кубках… ЕМ. Простенько, сама с собой: картошечку, да с огурчиком, да с помидорчиком, да, может, и с курочкой. Но - ЕМ. Бывает, поискушаюсь — ОТКУШАЮ. И хоть и не журавля с пряным зельем, а ту же картошечку, но — с подающими, приносящими, наливающими, добавляющими, готовящими, убирающими. Когда это — ТРАПЕЗА. Неспеша, ново, со значением, с белыми передниками и… не моими руками. По-господски (хе-хе-хе). Редко это бывает. Глаголы ЕСТЬ и КУШАТЬ синонимы. Глагол «есть» употребляется в литературной речи (в том числе и в современной) несравненно шире своего синонима. Глагол «кушать» можно употреблять как вежливое приглашение гостей, когда их сажают за стол. В этой ситуации используют инфинитив (кушать) в составе этикетной формулы кушать подано, прошу к столу или в повелительном наклонении в составе другой формулы кушайте, пожалуйста!. Но сейчас так практически не говорят, то есть стараются этот глагол избегать и чаще всего пользуются такими фразами, как просим (или прошу) к столу и т.п. Во всех других случаях — без исключения — мы должны пользоваться только глаголом «есть», например: я хочу есть, я уже поела, мы едим; ты ешь! «Кушать» (равно как и глаголы покушать, скушать) может употребляться в обращении к детям: Ты кушал (покушал)? Хочешь кушать (покушать)? Скушай вот это. Покушай (скушай) что-нибудь и т. п. Использование глагола кушать в речи мужчин о себе (хочу кушать, я кушаю, я (не) кушал), а также когда мужчина или женщина говорит от имени четы или семьи: мы (уже) кушали (покушали), мы (не) хотим кушать и т. п., противоречит стилистической норме современного литературного языка, придаёт речи манерность, некоторую слащавость, квалифицируется как проявление мещанства в речи. По существующему правилу глагол «кушать» используется только в повелительном наклонении и только при ласковом обращении к ребёнку, например: кушай, детка, не капризничай! Но возникает вопрос: почему же в наше время очень часто современные русские люди пользуются глаголом кушать по отношению к себе и по отношению к близкому собеседнику? Хотя также замечено, что в нашей речи часто интуитивно замещается глагол есть другими глаголами, такими, как обедать, завтракать, ужинать. И всё-таки нередко, говоря о себе, наши современники употребляют глагол кушать. С чем связана эта ошибка, откуда она берёт своё начало? Начнём с того, что в русском языке 19 века глагол кушать встречался исключительно в речи прислуги, причём, употреблялся он не просто с оттенком вежливости, а, скорее всего, он имел оттенок учтивости, предупредительности и даже особо униженной вежливости. И, как правило, слуги, обращаясь к господам, говорили: Кушать подано! или Извольте кушать! И точно так же говорили лакеи или слуги о своих отсутствующих господах: Клара Петровна сегодня дома не кушали. И ещё заметим, что в нашем старинном просторечии (то есть исключительно в речи прислуги) применялись даже такие выражения, как ЧАЙ КУШАТЬ или КОФЕЙ КУШАТЬ. И в этом случае можно привести хрестоматийный пример из пушкинского романа Евгений Онегин. Старушка Анисья, показывая Татьяне пустующий деревенский дом Онегина, говорит так (7 глава): Вот это барский кабинет; Здесь почивал он, кофей кушал И ещё здесь можно привести очень интересное, на наш взгляд, замечание А.И.Герцена. Он вспоминал о том, как лакей его отца (богатого помещика Яковлева И.А.) учил мальчишек, будущих лакеев: он их таскал за волосы и при это приговаривал: А ты, мужик, знай: я тебе даю, а барин изволит тебя пожаловать; ты ешь, а барин изволит кушать; ты спишь, щенок, а барин изволит почивать. И вот этот глагол «кушать» из языка прислуги, из лакейского лексикона во второй половине 19 века проник в русскую разговорную речь. К примеру, известный писатель 1-й половины 20 века В.В. Бианки по этому поводу писал так: Даже о себе мы начинаем говорить: я кушаю, мы кушаем. И получается смешновато: больно пышно (Мысли вслух). А Л. В. Успенский, известный писатель, автор многих популярных книг о русском языке, о слове «кушать» писал так: Не следует говорить кушаю, кушаем про самого себя; здесь обязательно простое есть, не содержащее в себе решительно никакого оттенка грубости, как чудится некоторым. Можно, но отнюдь не желательно употреблять глагол кушать в других лицах, и там вполне прилично обойтись нейтральным: вы едите? А ты ешь раков? и т.п. А всего лучше — просто исключить это лакейское словечко из своего языка. Но почему всё-таки глагол «кушать», если он так ограничен в своём употреблении, почему он довольно широко сейчас употребляется в нашей разговорной речи? Специалисты-языковеды считают, что это ложно понимаемая форма вежливости. То есть человек из ложной боязни выразиться грубо, прослыть невоспитанным человеком начинает включать в свою речь вместо глагола есть глагол кушать, который, по его мнению, относится к числу вежливых и не имеет грубого оттенка. Итак, мы сейчас объяснили механизм подмены глаголов «кушать» и «есть». Для русского литературного языка эта замена глаголов недопустима, то есть по существующему правилу нельзя говорить я кушаю, ты кушаешь, мы кушаем. По отношению к себе или по отношению к своему собеседнику (исключая маленького ребёнка) следует употреблять только глагол есть. Таков сложившийся обычай в русском языке. По поводу допускаемых ошибок. Еще классик писал: Как усто румяных без улыбки, без грамматической ошибки я русской речи не люблю…» Излишне правильная, дистиллированная речь скучная, пресная. Как-тo Рахманинов прослушав безупречное исполнение одной пианитски, сказал с досадой: «Хоть бы раз ошиблась!» И еще:. Когда чувство нормы воспитано у человека, тогда-то он начинает чувствовать всю прелесть обоснованных отступлений от нее (Л. В. Щерба)